155
Вход


министерство общего и профессионального образования российской федерации


МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

САРАТОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

Кафедра экономической теории






Курсовая работа

на тему


Отношения собственности: содержание, формы и их значение в рыночной экономике






Выполнила:
студентка I курса (ускоренного)
 12 группы заочного факультета
(личное дело № 99252)
Буравлева Жанна  Юрьевна

Адрес: г. Саратов, Т. Шевченко, 7-2
Место работы: Кировское отделение С/б № 19

Руководитель:


министерство общего и профессионального
образования российской федерации
?







Саратов



Содержание


     Введение                                                                                                   3


        1. Понятие собственности                                                                             5

        2. Основные формы собственности                                                     9

   3. Анализ сравнительной эффективности форм собственности                13


   4. Эффективность  форм собственности в России                                     24

Заключение                                                                                             28




     Список литературы                                                                               30

    



Введение



Истоки отношений собственности, в том числе на средства производства, зачастую не выделялись и воспринимались как нечто исторически данное. Со­циалистическая собственность, например, считалась исключительно следстви­ем политических (революционных) преобразований и юридического оформле­ния как государственная (общенародная).
Формы управления производством строились на стабильности (неизменно­сти) юридических форм собственности. Создание тех или иных органов управ­ления – министерств, затем совнархозов и восстановление министерств влияло на содержание управления, но не ослабляло государственную собственность как юридическую форму и не меняло связь работника и средств производства. Хотя могло повлиять на реализацию его экономических интересов, которые менялись из-за изменений характера и условий труда, его качества и оплаты. Но для этого не требовалась замена министерств совнархозами и наоборот. Ведь источник этих изменений был один: государственные структуры, их дей­ствия. По характеру юридические, хотя в том, что касалось положения челове­ка, именно его экономического положения в обществе, на производстве про­явилось экономическое влияние собственности.
В годы реформ в нашей стране собственность стала рассматриваться в основном как юридическая категория, без учета ее экономического содержа­ния. Обсуждение  сложной проблематики современных тенденций развития отношений собственности пред­ставляется весьма актуальным, особенно в свете нынешней социально-экономиче­ской ситуации в стране, поскольку в про­цессе экономических реформ в России наиболее радикальному изменению под­вергаются формы собственности. Демон­таж централизованной системы управле­нии произошел посредством «разгосудар­ствления», введение рыночной осуще­ствляется путем расширения частной соб­ственности, во многом хаотического, хотя и предпринимаются попытки имитации экономической структуры западных стран. Однако  эффективность происходящих преобразований под большим вопросом, тем более при спаде производства. Очевид­но, необходимо четко представлять воз­можности каждой формы собственности в плане позитивности ее влияния на стиму­лы к труду, динамику и качество экономи­ческого развития, состояние производи­тельных сил и их продуктивности.

1. Понятие собственности



Собственность – это исторически оп­ределенная форма присвоения людьми материальных благ в про­цессе их производства, обмена и потребления1. Собственность как присвоение представляет единство юридического и экономического содержания. В реальной жизни они неразрывны: экономическое со­держание охраняется правом, а юридическое содержание получает экономическую форму реализации. Субъектами собст­венности могут выступать люди, предприятия, государство. Объектами собственности являются факторы производства и гото­вая продукция.
Юридическое содержание собственности реализуется через совокупность правомочий ее субъектов: через владение (физическое обладание фактором производства), исполь­зование (извлечение пользы), распоряжение (юридическое оформ­ление своей деятельности).
Экономическое содержание собственности раскрывается через ее функциональную характеристику: владение, управление, контроль. Главным в функциональной характеристике собственности является контроль над производственно-финансовой деятельностью субъекта собственности.
Вопрос об истоках отношений собственности при этом не ставится, но и не исключается связь между правовой стороной собственности и органи­зационной структурой управления производством. Не просматривается влия­ние форм собственности на систему общественных отношений, а тем более влияние на собственность первичного фактора, которым являются материаль­ные и духовные ресурсы производства: природа и сам человек как ее высший продукт. Иными словами, средства производства природного происхождения и труд. И если трудовой ресурс принадлежит самому человеку, то природные ресурсы становятся объектом собственности (пока без учета ее форм), только вследствие приложения человеческого труда. Следовательно, не всякий суще­ствующий природный ресурс является собственностью.
К примеру, рыба в пруду либо плавающие на его поверхности дикие утки, которые мало чем отличаются от выводка домашних уток, выхоженного их хозяйкой, но собственностью не являются, как и поглощаемый ими корм. Все это природные дары. Но поднятый человеком под деревом гриб (такой же дар) становится его собственностью без всяких юридических оформлений и вы­ставляется на рынке как товар, помеченный трудом.
Как уже отмечалось, в науке принято считать, что изменения в отношениях собственности являются следствием юридических или политических действий. Этот вывод отражает исторический факт возникновения социалистической государственной (аттестованной общенародной) собственности. Следует под­черкнуть: на средства производства и результаты их производительного ис­пользования. Здесь не случайно подчеркивается «производительного», по­скольку вследствие приватизации ряда крупных предприятий, объявившиеся их собственники, не справившись с функциями организации производства на началах частной собственности, демонтировали заводское оборудование, про­дав его как металлолом, а освободившиеся цехи и склады сдали в аренду дру­гим предпринимателям, занятым торговлей и ремонтными услугами, но не производством.
В результате приватизации и других операций с собственностью, т.е. превра­щения общественной (не только государственной) собственности в частную, про­мышленное производство в России за 1990-1998 гг. сократилось вдвое1.
Таковы следствия субъективных юридических актов относительно собст­венности на средства производства, которым предшествовали юридические изменения, кстати, не всегда требовавшиеся, но во всех случаях предполагав­шие определенные интересы и соответствующие им средства «преобразо­ваний». Естественно, когда действия определенных структур, гражданских сил, касаются общественной собственности, то так или иначе они затрагивают ин­тересы общества и, конечно, должны способствовать улучшению условий тру­да и жизни его большинства. Но факты нашей сегодняшней действительности свидетельствуют об обратном. Они широко известны, свидетельствуя о резком ухудшении положения работника как ведущей производительной силы, дея­тельность которой совместно с функционирующими в ее руках материальными производительными силами предопределяет направленность развития собст­венности прежде всего на средства производства, материальные и духовные результаты деятельности человека. Предопределяет! Но не осуществляет, а тем более не навязывает.
Здесь на первый план выдвигается вопрос о первичном факторе общественно­го развития и в этой связи о соотношении такого материального фактора, каким являются природные ресурсы страны и ее населения с его историческими, эконо­мическими, прежде всего трудовыми, традициями, опытом организации и ведения производства, предрасположенностью к его обновлению и способностью изыски­вать новые технологии, осваивать их. Все это применительно к производству мож­но сжато выразить: трудовой ресурс и его качество. Содержание вопроса в том, как это (ресурсы природы и трудовой ресурс, включая его качество) во всей совокуп­ности экономических связей соотносить с собственностью, системой ее отноше­ний, экономическим содержанием и юридическими формами.
Заметим, что на этом уровне познания первичного фактора общественного (следовательно и социального) развития естественно выделяется экономиче­ское содержание (суть) собственности вообще как общественной категории и ее форм как юридической категории, содержание которой вытекает из эконо­мической сути. А именно: собственность (вообще, независимо от ее юридиче­ской формы) своей экономической сутью выражает положение собственника в обществе. Здесь на первое место выдвигаются средства производства. Прежде всего этот объект собственности сказывается на общественном положении собственника. Одно дело средства производства мастерской по изготовлению ключей к домашним замкам или личного двора крестьянина, другое дело предприятие типа «Уралмаша», объединения «Газпром», железной дороги или определенного оборонного предприятия.

2. Основные формы собственности



Выделяется государственная, муниципальная и частная собственность физических и юридических лиц (единоличная или коллективная).
Государственной собственностью в Российской Федерации является имущество, принадлежащее на праве собственности Российской Федерации (федеральная собственность), и имущество, принадлежащее на праве собственности субъектам Российской Федерации – республикам, краям, областям, городам федерального значения, автономной области, автономным округам (собственность субъекта Российской Федерации)1.
Имущество, принадлежащее на праве собственности городским и сельским поселениям, а также другим муниципальным образованиям, является муниципальной собственностью2.
Согласно политике разграничения муниципальной и государственной собственности  существует ряд документов, регламентирующих передачу объектов федеральной собственности в муниципальную3. См. Приложения 1 и 2.
Част­ная собственность представляет собой индивидуальное владение землей, зданием, оборудованием, трудом, капиталом (факторами производства) с возможностью их отчуждения и правом передачи по наследству.
Частная собственность лежит в основе товарного производства и рыночной экономики. Она обеспечивает экономическую свободу, независимость экономического поведения и экономическую ответ­ственность производителя.
Исторически частная собственность эволюционирует, ее формы меняются. Первоначально возникла индивидуальная частная собст­венность, т.е. личное (частное) владение всем предприятием. Ин­дивидуальные собственники сами трудятся, но могут привлекать и наемный труд. Индивидуальный частный собственник отвечает за деятельность своего предприятия всем своим имуществом. Поэтому он наиболее рискующий из всех предпринимателей. Сегодня, не­смотря на снижение удельного веса индивидуальной частной собст­венности (в США, например, он составляет всего 6 % в ежегодном валовом доходе всех фирм), роль индивидуальной частной собст­венности по-прежнему велика, особенно в сфере услуг. В США ин­дивидуальный частный собственник обеспечивает американцев пер­воклассной и дешевой системой бытовых услуг, розничной и опто­вой торговли, ремонтно-строительных работ, продукцией местной промышленности. Индивидуальный частный собственник вкусно, обильно, по дешевым ценам кормит народ.
В современных условиях наряду с индивидуальной частной соб­ственностью активное развитие получила акционерная собствен­ность, где личное владение капиталом заменяется коллективным совладением, хотя краеугольным камнем остается индивидуальная частная собственность на акции (пай). При акционерной собствен­ности результаты коммерческой деятельности предприятия не под­чиняются интересам одного лица, а направлены на удовлетворение интересов предприятия в целом и каждого акционера в отдельности (соответственно размеру пая – акции).
Для самовыражения человека в рыночной экономике, реализации его экономической свободы недостаточно одной формы собственности, не­обходимо многообразие ее видов. Поэтому кроме частной индивидуальной и акционерной, государственной собственности в современной рыночной экономике существуют кооперативная и смешан­ная собственность. Следовательно, рыночная экономика представ­лена многообразием видов собственности.
Этот перечень со временем может быть расширен, в зависимости от страны, характера ее народного хозяйства. Но следует отметить, что в разновидностях юридических лиц, а следовательно, и юридических форм собственности проявля­ются частичные (более конкретные) детали экономической сущности собственно­сти. Имеются в виду: формы распределения, прежде всего формы поощрения уча­стников производства и присвоение прибавочной стоимости собственниками капи­тала, формы управления производством, т.е. разновидности реализации производ­ственных отношений, складывающихся в коллективах, прежде всего по поводу использования средств производства, а также между работниками и управляющи­ми, и в среде самих управляющих и между предпринимателями, предприятиями, вступающими в производственные и рыночные связи1.
Но именно эти связи, как и трудовые операции в технологических процес­сах по изготовлению изделия, продукта осуществляются без учета формы соб­ственности. Прежде всего здесь, в технологических процессах, реализуется первичность производительных сил, в первую очередь труда, в экономических связях и отношениях. Здесь же рождается экономичность соединения труда и средств производства, выраженная в снижении затрат материальных (природ­ных) ресурсов и самого труда и, конечно, износа машин, в сокращении рабоче­го времени на единицу изделия.
И здесь, на протяжении столь решающих для судеб экономики, экономи­ческой сущности производства процессах никаких признаков собственности не замечается.
Но та же не менее экономическая действенность производительных сил по отношению не только к производству, экономике, но и всему социальному прогрессу предопределяет и экономическое содержание форм собственности, их эффективность, их смену. И хотя в течение производственного процесса материальные ресурсы «присваиваются», точнее, используются его участника­ми, но, повторяем, ни сырье, ни материалы, ни топливо, электроэнергия, ни тем более затраченный труд не несут на себе печати собственности. Она (реальная) не проявляется, как бы уступая символической собственности, ко­торая однако опять же уступает место реальной собственности на выходе изде­лия из производства и поступления его в сферу обмена, рыночных связей, где оно привлекает внимание потребителя как товар, обнажает свой характер ре­альной собственности, подвергаясь, подобно выше упомянутому грибу, денеж­ному отражению и подтверждению, становясь таким образом объектом при­своения собственником уже второго «яруса», денежного происхождения, не имеющего отношения к производству данного товара.
Только при наличии многообразных видов собственности человеку гарантируется свобо­да выбора места приложения своих сил и способностей, которые в наибольшей степени отвечают его складу, характеру, потребно­стям: от сравнительно высокого дохода в акционерном предприни­мательстве, но с большей степенью риска до менее оплачиваемого труда, но с большей социальной защищенностью в государственном учреждении; от самостоятельного частного предпринимательства до совместной деятельности в коллективных предприятиях.
Государство должно поддерживать все формы собственности, за­щищать интересы всех ее субъектов, создавая для них с помощью экономических, административных и юридических рычагов равные условия хозяйствования.

3. Анализ сравнительной эффективности форм собственности



Анализ сравнительной эффективности форм собственности предполагает выясне­ние как минимум двух аспектов. Во-первых, общие при­чины, определяющие эффективность форм собственности. Во-вторых, границы, в пре­делах которых данная форма собственно­сти эффективна, а вне их перестает быть таковой.
Наиболее глубинным фактором эффек­тивности различных форм собственности является материально-техническая основа экономики1. Это давно доказано экономиче­ской наукой и подтверждено практикой.
В экономике западных стран, Японии, России в настоящее время существует сим­биоз различных в качественном отноше­нии типов техники и технологий. Везде взаимодействуют, в разных соотношениях, три основных вида технологий: ручное производство, индустриальное и постинду­стриальное производство товаров и услуг. Однако доминирующей, наиболее распро­страненной, обеспечивающей основную долю валового выпуска, является инду­стриальная техника. Ее содержание наука выяснила с исчерпывающей точностью: это система трехзвенных машин, которая многократно увеличила производительные возможности человека, но сама все же ограничена его естественными возможно­стями, поскольку человек управляет ее ра­бочей частью. Постиндустриальная техни­ка снимает эту границу, высвобождая че­ловека из физического производства и оставляя за ним главным образом интел­лектуальные функции. В современных странах, таким образом, накапливаются элементы техники будущего общества. Тем не  менее господствует пока еще традицион­ная техника, которая ослабила зависи­мость величины чистого продукта от инди­видуальных особенностей производителя (рабочего), но все же сохранила довольно большую корреляцию между ними. Это оз­начает преобладание такого рода техноло­гий, результативность которых сильно за­висит от индивидуальных проявлений ис­полнителей, на что наиболее ощутимо можно воздействовать через систему моти­вации труда.
Базой частных единоличных хозяйств служат в основном ручные орудия труда. В современном мире это производства, ко­торые требуют одного либо нескольких че­ловек, часто это семейный бизнес или предприятия с небольшим числом наем­ных рабочих. Они оказываются конкурен­тоспособными там, где потребность носит ярко выраженный индивидуализирован­ный характер (чаще всего в сфере услуг) либо где немеханизированное производ­ство связано со скоропортящимся продук­том.
В этой форме сама собственность явля­ется стимулом к труду. В этом сила и жиз­ненность такой формы предприятий. Одна­ко не стоит переоценивать это достоинство. Техническая ограниченность, малые мас­штабы производства многократно снижа­ют достоинство этой формы. Больше того, с точки зрения использования современно­го потенциала производства, это одна из самых неэффективных форм собственно­сти. Подтверждением тому служат дота­ции, выделяемые правительствами многих стран для поддержки малого и семейного бизнеса, имеющие цель не столько повы­сить эффективность предприятий, сколько противодействовать росту безработицы, а иногда поддержать традиционный уклад жизни. Копируя опыт такого рода, россий­ская экономика лишь снижает свою эффективность.
Большие надежды уже более двух столе­тий экономисты связывают с кооператив­ной формой собственности. Кооператив­ные предприятия также имеют давнюю историю. Они применялись и в прежние эпохи. В прошлом в России, например, были широко распространены артели. Су­ществуют они и в современных странах. Эта форма использовалась на базе и руч­ных, и машинных орудий. Объединение многих лиц снимало одну из границ, за­ключенных в частной единоличной форме и тем самым увеличивало производитель­ность. Так как все члены кооператива являются хозяевами предприятия, им не нужен дополнительный контроль. Они сами участвуют в управлении предпри­ятием, имеют возможности реализовать свои индивидуальные способности, при­держиваться принципа социальной спра­ведливости.
Недостатки кооперативной формы обна­руживаются с ростом размеров предпри­ятия. Чем больше работает людей в одном коллективе, чем сложнее структура орга­нов управления, чем более отдаленной ста­новится связь управляющих с рабочими, тем больше слабеет чувство собственника у рабочего и его поведение как хозяина предприятия, тем больше усиливается его роль статиста в принятии управленческих решений. Стимулирующая роль самой соб­ственности здесь ослабляется по мере воз­растания масштабов производства. Поэто­му при частной собственности кооператив­ные предприятия могут быть результатив­ны в пределах незначительных масштабов производства. Кооперативная собствен­ность по отношению к частной единолич­ной собственности является формой кол­лективной, то есть переходной от частной к общественной. По отношению же к соб­ственности общественной, то есть к тем ресурсам, благам, которые принадлежат всем людям страны, кооператив – это все­го лишь часть общества, поэтому, так же как и акционерные предприятия, коопера­тивная собственность по своей природе ближе к частной. Таковой она является по крайней мере в условиях рыночной эконо­мики.
Подобно тому как во всех других сферах мироздания целое не равно сумме состав­ных его частей (груда кирпичей и це­мент – это еще не здание), совокупная эффективность экономики не является простой суммой реализации тех возможно­стей экономического роста, которые за­ключены в предприятиях всех форм соб­ственности. Эти возможности усиливаются или ослабляются механизмом их взаимо­действия друг с другом. В рыночной эконо­мике частным фирмам единоличной и кооперативного владения из-за их небольших размеров трудно или даже невозможно влиять на поведение других фирм определять объемы производства, уровень издержек, реагируя на условия конкуренции. А это лежит в основе рыночной стратегии современных крупных фирм. В результате резко увеличиваются трансакционные издержки, связанные с выходом предприятий во внешний мир, а вклад в совокупную эффективность экономики уменьшается. Поэтому мелкие собственники лишь юридически остаются таковыми, а экономически они чаще всего являются уже частью крупного производства.
Основной вклад в развитие современной экономики западных стран вносят круп­ные частные акционерные корпорации. Достаточно привести пример США, в эко­номике которой господствуют 800 крупней­ших корпораций. Их удельный вес в об­щем числе фирм очень мал – 0,01%, но  они владеют капиталом, величина которо­го равна почти половине общего объема материальных ценностей страны. «...Пра­вомерно заключить, что в американском экономическом ландшафте доминируют крупнейшие корпорации и есть основания называть экономику Соединенных Штатов экономикой большого бизнеса1»,– пишут американские авторы. Этот факт, кстати сказать, подтвердил выводы, полученные разными направлениями экономической науки (К. Марксом, А. Маршаллом) о пре­имуществах крупного производства. Эти выводы останутся верными до тех пор, пока будет сохраняться нынешняя техни­ческая основа экономики – трехзвенная система машин, которую менее точно и весьма неопределенно в современных терминах называют индустриальной тех­никой.
Постиндустриальная техника к мащине-двигателю, передаточному механизму, ма­шине-орудию или рабочей машине доба­вила контрольно-управляющую машину. Она выполняет ту же функцию, что рабо­чий по отношению к трехзвенной машине. Этим снимается граница развития произ­водства, заключенная в средствах произ­водства. Хотя другая граница – ограни­ченность ресурсов – остается вечной, лишь отодвигаясь по мере развития теперь уже человеческого фактора.
По поводу конкурентоспособности госу­дарственных предприятий оценки расхо­дятся. Чаще встречаются аргументы об их неэффективности. Уровень прибыльности у них обычно ниже, чем у частных корпо­раций одного и того же масштаба, а это объясняют незаинтересованностью рабо­тающих, а также бюрократизацией упра­вления. Но рентабельность и эффектив­ность – это не одно и то же, что становит­ся все более признанным даже среди за­падных экономистов. В оценке отечествен­ных экономистов также содержится кри­тика прошлого опыта использования госу­дарственной   собственности:   внимание фиксируется на бюрократизации управле­ния, отсутствии у рабочих «чувства хозяи­на» как самых крупных, внутренних, не­преодолимых ее недостатках.
И все же, несмотря на широкое распро­странение такой оценки, существуют и от­личные от нее. Исторически в западных странах государственный сектор возникал в заведомо неприбыльных отраслях. В жизненно важных для экономики случа­ях государство было вынуждено национа­лизировать убыточные отрасли либо на­правлять инвестиции на строительство за­ведомо убыточных предприятий. Таким путем происходили национализация и го­сударственное строительство в сферах до­бывающей промышленности, энергетики, транспорта, связи и других отраслях, не говоря уже об образовании, инвестициях в фундаментальную науку, оборону, где прибыль в качестве критерия эффективно­сти вообще неприменима. Следовательно, эффективность  частных  акционерных корпораций и государственных предпри­ятий даже в рамках одной и той же страны сравнить весьма затруднительно. Конечно, западная экономическая мысль довольно ясно фиксирует это неравное положение двух секторов экономики тезисом о том, что прибыль не может служить целью го­сударственного предприятия в отличие от частного бизнеса.
Известна попытка сравнительного ана­лиза  эффективности  государственных и частных предприятий в Польше, пред­принятая Лондонской экономической шко­лой. Она кончилась неудачей, исследовате­ли не смогли прийти к определенному вы­воду. Более значимый результат дал ана­лиз, выполненный МВФ также на по­льских предприятиях. Вывод был в пользу более высокой эффективности государ­ственных предприятий по сравнению с ча­стными.
Обе формы собственности – и частные акционерные корпорации, и государствен­ные предприятия способны сконцентриро­вать финансовые, материальные и люд­ские ресурсы в больших размерах и, сле­довательно, организовать крупномасштаб­ное производство. Может быть, некоторое преимущество с воспроизводственной точ­ки зрения имеет государственная собствен­ность, так как в современном мире появля­ются технические, социальные проекты, для реализации которых недостаточно ре­сурсов даже частных корпораций-гигантов (аэрокосмическая промышленность, энер­гетика, экологические проекты). Но все же таких проектов не так уж много.
Сравним теперь эти формы собственно­сти по силе мотивации к труду, содержа­щейся в каждой из них. Обычно пальму первенства в этом отношении отдают ча­стным корпорациям. Они, считается, ини­циативны, изобретательны, бережливы, потому что у частной компании есть «хозя­ин», а у государственного предприятия его нет. Однако это простое суждение справед­ливо лишь в отношении к мелким частным предприятиям. Реальные собственники или руководители крупной корпорации в этом плане ничем не отличаются от руко­водителей государственных предприятий. Высшее руководство частной корпорации, даже если это собственники, имеет одина­ковые возможности с руководителями го­сударственных предприятий. Дело не в же­ланиях или отсутствии их, а в хорошей организации производства и компетентно­сти руководства. Именно оптимальностью системы управления определяется резуль­тативность работы предприятий, форма собственности крупного предприятия здесь мало что решает. Руководство предпри­ятием может быть талантливым или без­дарным и при той и другой форме соб­ственности. Более того, бездарного руково­дителя государственного предприятия сме­нить легче, чем на частном предприятии. В последнем случае это бывает иногда даже невозможно, и руководство меняется только тогда, когда предприятие доведено до банкротство.
С точки зрения рабочих, форма соб­ственности – частная и государственная – одинаково чужая. Их производительность определяется исключительно действенно­стью принятых на предприятии систем стимулирования труда. Если на государ­ственном предприятии мотивация к труду действует сильнее, чем на частном, то оно окажется более эффективным, чем ча­стное. И наоборот.
Обычно государственную собственность считают чреватой бюрократизацией упра­вления. Это мнение, пожалуй, больше рас­пространено среди отечественных эконо­мистов, слабо знакомых с реалиями ча­стных крупных корпораций, а поэтому идеализирующих их. Приведем высказы­вание по этому поводу одного из бывших руководителей крупной американской кор­порации. «Одну из основных... проблем со­ставляла деятельность производственного персонала. Он был задавлен многослой­ным аппаратом управления. Управляю­щий предприятием докладывал управляю­щему на уровне города, который доклады­вал региональному управляющему, кото­рый докладывал управляющему всеми производственными предприятиями ком­пании, который докладывал генеральному управляющему. В результате управляю­щий одного из заводов «Шевроле», распо­ложенного в ближайшей ко мне восточной части Детройта, всего в нескольких милях от моего офиса, оказывался от меня на расстоянии нескольких световых лет, если судить по протяженности каналов упра­вленческой отчетности1»,– писал один из вице-президентов компании «Дженерал моторс».
Причина   бюрократизма   заключена в крупномасштабном производстве как та­ковом. Это его недостаток, заставляющий находить оптимальные размеры производ­ства, за пределами которых не произошло бы снижение эффективности. Любое круп­ное производство имеет сложную структу­ру,  согласно которой выстраивается иерархия звеньев системы управления. Чем крупнее размеры производства, тем сложнее оно структурируется, замедленнее при прочих равных условиях становятся информационные потоки, и тем более мно­гоступенчатым становится процесс приня­тия управленческих решений. Это одина­ково относится как к государственным, так и к частным крупным предприятиям.
Таким образом, если рассматривать от­дельно взятое предприятие, находящееся в государственной собственности или в ча­стной собственности корпорации акционе­ров, то на современном этапе они обладают одинаковыми возможностями экономиче­ского роста в случае, если техническая база этих предприятий индустриальная. В этом смысле можно согласиться с мнени­ем Дж. Гэлбрейта о безразличии формы собственности для эффективности его дея­тельности предприятия. Она определяется в основном системой стимулирования тру­да и рациональностью системы управле­ния в целом.
Но не следует упускать важный социаль­но-экономический аспект, а именно то, что частная собственность всегда связана с не­равномерным распределением богатства и доходов. В США государственный сектор невелик (около 12%), базисом экономики являются крупные акционерные корпора­ции. В европейских странах соотношения иные. Так, в Швеции доля государственно­го сектора в экономике составляет 1/3. США являются страной с наиболее нерав­номерным распределением доходов. Наи­более богатые 0,05% американских семей владеют 35% всей величины личного иму­щества, в то время как имущество «ниж­них» 90% домашних хозяйств составляет лишь 30% его совокупной величины. На нижних ступеньках экономической ле­стницы находятся более 34 млн. человек, или 14,4% населения США, живущие ниже черты бедности1». В Швеции, как и во всей Европе, доходы распределены гораздо рав­номернее. Хотя, казалось бы, экономика США располагает большими техническими возможностями удовлетворения потребно­стей всех слоев населения. Неравномер­ность в распределении доходов является неизбежным следствием преобладания ка­питалистической частной собственности.
Такое положение чревато крупными со­циальными конфликтами. В развитых странах неравномерность распределения доходов сейчас не грозит нестабильностью крупных масштабов. Для стороннего на­блюдателя они выглядят островами поли­тической устойчивости в связи с достаточ­но хорошим жизненным уровнем преобла­дающей части населения. Он достигается в настоящее время за счет более совершен­ной (в пределах одного и того же качества), чем в России, технической основы и эконо­мической интеграции. Нет оснований утверждать, что более высокую техниче­скую основу западные страны создали бла­годаря именно частной собственности. Нельзя забывать, что в течение столетий они имели внешние источники накопле­ний. Кроме того, все страны с высоким жизненным уровнем имеют гораздо более благоприятные климатические условия по сравнению с нашей. Если неравенство в распределении доходов, вызываемое гос­подством в экономике частного сектора, не грозит развитым западным странам круп­ными катаклизмами, то в России с ее низ­ким жизненным уровнем население, тяже­лыми климатическими условиями со сло­жившимся за предшествующий период менталитетом населения, со сложными на­циональными проблемами это может ока­заться губительным.
Итак, несмотря на преобладание в запад­ных странах частной акционерной соб­ственности, во всех странах в течение этого столетия государственный сектор увеличи­вался, хотя и колебательным образом.
Другая важная тенденция заключается в том, что и государственный и частный сектор может усилить свою эффектив­ность, применяя новые стимулы мате­риальной заинтересованности. Ни государ­ственная, ни частная акционерная соб­ственность не стимулирует производитель­ность рабочих сама собой. В обоих случаях для работника – это не его собственность. Государственная собственность не его, а частная акционерная просто чужая соб­ственность. Небольшое владение акциями для рабочего не меняет в существе дела. Он остается статистом в управлении пред­приятием, простым исполнителем своих рабочих функций, а дивиденды от акций, как показывает статистика, составляют мизерную часть доходов рабочих. Следова­тельно, в качестве основного стимула вы­ступает только заработная плата и система премирования.
Новые, дополнительные стимулы заин­тересованности в результативности труда в западных странах были найдены посред­ством развития системы долевого участия рабочих как в доходах, так и в управлении предприятием. Тем самым к системе, суще­ствующей на Западе еще с прошлого века, теперь подключаются меры, привлекаю­щие рабочих к принятию решений о на­правлениях развития предприятия, к уча­стию их в распределении прибыли и т. п.
В рамках этой идеи в США, например, с 1974г. действует государственная про­грамма передачи акционерной собственно­сти рабочим и служащим (ЕS0Р). Она на­целена на уменьшение противостояния управленческого и исполнительного персо­нала предприятия посредством повышения социального статуса исполнителей. Дости­гается это тем, что каждый занятый на предприятии рабочий становится владель­цем пакета акций этого предприятия. Рас­пределение акций и дивиденды по ним обеспечиваются из прибыли предприятия. Рабочие и служащие частично приобща­ются к принятию решений на низших зве­ньях управленческой системы и в некото­рых формах частично (в виде рабочего контроля) на высших звеньях. Простое владение пакетом акций не дает никакого прироста производительности труда. Оно начинает действовать только в случае при­общения рабочих к управлению предпри­ятием. Только тогда ослабляется их отно­шение к чужой собственности и иницииру­ется активное участие в функционирова­нии предприятия. При этом система ЕS0Р предполагает меры, ослабляющие негатив­ные эффекты частной собственности, свя­занные с неравенством распределения до­ходов. Денежные средства для выкупа ак­ций аккумулируются в специальном фон­де, формируемом из необлагаемой налогом части прибыли. Акции распределяются пропорционально доходу или стажу рабо­чего. Но при этом с тем, чтобы они не сосредотачивались у высокооплачиваемых рабочих, предусматриваются ограничения на число приобретаемых рабочими акций, чтобы не было резкой разницы у рабочих в количестве акций. Эти акции не могут свободно продаваться и покупаться. При увольнении рабочего акции выкупаются предприятием. В итоге все занятые на предприятии люди связываются более тес­ным интересом в конечных результатах работы предприятия.
Эти тенденции отражают появление и развитие в современных условиях «ма­кроэкономического собственника». Деперсонализация собственности – действительно весьма ха­рактерное явление отмеченного им процес­са. Однако «хозяйское» отношение испол­нителей к ресурсам и зависимость их дохо­дов от эффективности использования ре­сурсов не является лишь его отражением, поскольку этот эффект обеспечивается также нацеленностью со­временных систем оплаты труда1.





4. Эффективность  форм собственности в России



Техническая основа российской эконо­мики является индустриальной. Вряд ли это может вызывать какие-либо сомне­ния, хотя велика, как и в США, Японии и других странах, доля ручного труда. Вме­сте с тем имеется постиндустриальный сек­тор. Правда, за время жестокого кризиса, переживаемого российской экономикой, более всего пострадали и продолжают раз­рушаться именно постиндустриальные виды производства. Основные виды това­ров, удовлетворяющие базовые потребно­сти россиян – металл, сельскохозяйствен­ная продукция, ткани, одежда, обувь, строительство,– производятся с помощью трехзвенной системы машин. И поскольку в экономике нашей страны преобладает индустриальная техническая основа, сле­довательно, для нее оказываются более эффективными именно крупные предпри­ятия1. Справедливость этого вывода усили­вается для России двумя обстоятельства­ми: географическими размерами страны и невысоким уровнем жизни населения, неудовлетворенностью многих базовых по­требностей. Когда речь идет о нехватке зерна, мяса, молока, стройматериалов, то потребность носит преобладающе стандартизированный характер и в меньшей мере –   индивидуализированный,   как в случае с одеждой. Следовательно, сохра­няются большие возможности увеличения крупномасштабного производства, сниже­ния за счет роста объемов выпуска издер­жек производства значительного, если не сказать преобладающего, круга средств су­ществования.
Критика так называемой «гигантома­нии», засилия «монополистов-производи­телей» в российской экономике носит сей­час идеологический, а не экономический характер. Она отражает интересы преиму­щественно того круга индивидуальных ка­питалов, который пока еще неконкурен­тоспособен с крупным производством. Но эти интересы не совпадают с интересами всего общества. И не отвечают тенденции эффективного развития экономики. Как показывает практика, особенно инвестици­онная, степень монополизации российской экономики гораздо ниже, чем экономики США и Японии. А по уровню концентрации капитальных вложений – на порядок.
Крупномасштабное производство требу­ет как определенных форм организации, так и определенных форм собственности, которые содействовали бы реализации всех его потенциальных возможностей. Из существующих в развитых странах двух типов собственности крупных предпри­ятий – частных корпораций и государ­ственных предприятий – преобладают по совокупному объему производства первые.
В возникающих сейчас в нашей стране акционерных предприятиях открытого типа частная собственность воспроизво­дится со всем ее комплексом негативных моментов. Огромные трансакционные из­держки на это преобразование делают нашу экономику еще менее эффективной. Ведь материальных стимулов рабочим та­кая форма собственности не добавляет.
Акционерные же предприятия закрыто­го типа, где акционерами являются только работники этого предприятия, формируют­ся таким образом, что 90% акций сосредо­тачиваются в руках руководства предпри­ятия и лишь 10% распределяются среди рабочих1. Преодолеть ахиллесову пяту на­шей экономики – недостаточность мате­риальной заинтересованности – можно только в том случае, если процесс рефор­мирования усилит мотивацию к труду у всех рабочих. Именно у всех, а не только у узкого слоя управленцев, частных соб­ственников. Частные акционерные пред­приятия открытого типа такую возмож­ность не дают. Они концентрируют значи­тельные финансовые ресурсы, и это един­ственное их достоинство. Но они не гаран­тируют эффективное их использование и не обладают никакими дополнительными стимулами для рабочих.
Выход из этой ситуации заключается в том, чтобы не просто внедрять частные акционерные предприятия западного типа, а использовать подсказывающие решения тенденции, найденные жизнью. Реформи­руя нашу экономику, мы имеем  возмож­ность использовать или усилить достоин­ства каждой  формы  собственности и нейтрализовать или ослабить недостатки каждой из них.
Можно использовать преимущества и го­сударственной, и частной собственности. Для этого крупные государственные пред­приятия целесообразно преобразовывать в акционерные предприятия закрытого типа, предусматривая сосредоточение ос­новного пакета акций и их равномерное распределение среди рабочих и служащих. Желая уйти от «уравниловки», нельзя до­пустить другой крайности – шокирующей неравномерности в доходах, чреватой социальными конфликтами. Можно, к при­меру, использовать опыт американской программы передачи акционерной собственности рабочим и служащим ЕS0Р, введя потолки диффе­ренциации дивидендов у всех занятых на предприятии.
Вновь организующиеся частные круп­ные акционерные предприятия также це­лесообразно создавать не в их классиче­ском западном варианте, а с тем, чтобы нейтрализовать, насколько это возможно, ее слабые стороны. Для усиления мотива-ционной функции самой собственности их также целесообразно развивать как акцио­нерную собственность рабочих с вовлече­нием их в процесс управления и контроля. В таком варианте концентрируются все ро­жденные практикой факторы воздействия на эффективность отдельно взятого пред­приятия. Разумеется, традиционная форма стимулирования – зарплата и премии – также должна непрерывно развиваться. С тем, чтобы сохранить сильные стороны государственной собственности, позволяю­щие концентрировать ресурсы, в необхо­димых случаях переключать быстро и эффективно с одной цели на другую, при создании крупных акционерных предпри­ятий с собственностью рабочих целесооб­разно определенный пакет акций таких предприятий оставлять во владении госу­дарственного органа, как это сейчас во многих случаях имеет место.
Кроме того, долевое участие государства в рабочих акционерных предприятиях мо­жет преодолеть границу акционерных предприятий закрытого типа, связанную с ограниченными возможностями концен­трации ресурсов. С тем, чтобы роль госу­дарства в управлении предприятиями была реальной и не привела к значитель­ному росту государственных структур, ра­бочие акционерные предприятия целесооб­разно организовывать в виде крупных фи­нансово-промышленных групп. В отличие от западных пакеты акций в них могут распределяться равномерно среди всех за­нятых исполнителей и управленческого персонала пропорционально эффективно­сти их труда и не обращаться на рынке ценных бумаг. При увольнении работаю­щего акции выкупаются предприятием. Основной пакет акций целесообразно не сосредотачивать ни у какой группы рабо­тающих. Это будет стимулировать высоко­производительный труд всех, а не только узкого круга руководителей или высокооп­лачиваемых рабочих. Тем самым мы ис­пользуем позитивные стороны западных форм хозяйствования и нейтрализуем их слабые стороны.







Заключение



В процессе технологической революции происходят перемены в отношениях собственности. По мнению Корнякова В.1, эти перемены можно представить в виде двух каскадов, переходящих один в другой через собственников концернов, фирм. Первый каскад изменений порожден новым по­ложением рабочего в производствах "высоких технологий. Возможности последних реализуются сполна лишь при изменении отношения рабочего к труду, в процессе которого реализуются экономическое содержание собст­венности (труду прежде всего на конкретное производство, в котором он работает, а также на концерн). Отсюда проистекает интегральный эконо­мический собственник концерна: руководители концерна и его работни­ки.
Второй каскад изменений (отношений собственности) порожден решающим значением для конкурентноспособности народного хозяйства (а тем самым и для судьбы отдельной фирмы) структуры национального индустриального комплекса, его состава с точки зрения прогрессивности, наукоемкости, эффективности, перспектив объединяемых им отраслей и технологий. Полное использование этого фактора требует постоянного обновления состава отраслей, закрытия одних производств и развертыва­ния других. Отсюда потребность в высшем экономическом собственнике, который координировал бы всю национальную экономику как единое це­лое, вершил судьбы экономических и  правовых собственников фирменного и нижележащих уровней.
В соответствии с приведенным положением, первый каскад образует интеграция по линии "собственник – наемный работник", или иначе -"капитал -наемный труд", а второй – межотраслевая и даже межкорпоративная концентрация и координация капиталов, с появлением "высшего экономического собственника"2.
Анализируя глубинные факторы экономического роста в условиях нарастания наукоемких элементов производительных сил, можно сделать вывод о необходимости скорейшего формирования в нашей стране сильного государственно-корпоративного сектора. Включенность государства в экономику позволяет достоверно говорить о глубоком  изменении отношений собственности в их экономическом смысле. "Макроэкономический собственник", роль которого исполняет государство, ведет себя как реальный собственник, переливая средства из отрасли в отрасль, забирая их у юридических собственников и используя их по своему усмотрению1.
Наблюдаемые ныне изменения капиталистической собственности происходят эволюционным путем. Вывод о ее трансформации был бы преувеличением. Перемены относятся к форме, а не к содержанию. Оставаясь по сути капиталистической, собственность обрела в развитых странах форму макроэкономической, общехозяйственной2. Эра частного капитала ушла в прошлое. Ныне мы видим эру капитала ассоциированного государственно-корпоративного, интегра-тивного. Он достиг высшей формы своего развития, а значит – истори­чески последней, завершающей. Далее на повестке дня изменение само­го содержания собственности, т.е. превращение ее в посткапиталисти­ческую, критерием чего является замена присвоения по капиталу при­своением по труду. Ни один способ присвоения не сходит с историче­ской арены, пока не исчерпает себя до конца. Капиталистический в пе­редовых странах близок к тому, в слаборазвитых – пока нет.
В заключение можем сказать, что господ­ствующая система собственности должна учитывать нынешний обще­ственный характер производства.
 

Список использованных источников




1.? Гражданский кодекс Российской Федерации (части первая и вторая)
           (с изменениями от 20 февраля, 12 августа 1996 г., 24 октября 1997 г., 8 июля  1999  г.)   
 
2.? Письмо Госкомимущества РФ от 1 марта 1996 г. № АР-18/1599 "О подготовке документации по передаче объектов федеральной собственности в муниципальную"

3.? Губанов С. Эволюция отношений собственности: форма – содержание.//               Экономист. 1997. № 2.

4.? Зяблюк Р. Формы собственности и подъем экономики России //Экономист.1995. № 7.
5.? Игнатовский П. Собственность, ее истоки в настоящем и будущем. //  Экономист.   1999. № 11.

6.? Кемпбелл Р. Макконелл, Стенли Л. Брю. Экономикс. Т.1.М.,1992.
7.? Коряков В. Новая модель отношений собственности.// Экономист. 1994. № 3.
8.? Сажина М.А., Чибриков Г.Г. Основы экономической теории. / М. "Экономика",   1995.

9.  Фишер С., Дорнбуш Р ., Шмалензи Р. Экономика. М.: 1993.


 

 


1 Сажина М.А., Чибриков Г.Г. Основы экономической теории. / М. "Экономика", 1995.
1 Игнатовский П. Собственность, ее истоки в настоящем и будущем. //  Экономист.  1999. № 11.
        1 Гражданский кодекс Российской Федерации (части первая и вторая) (с изменениями от 20 февраля, 12 августа 1996 г., 24 октября 1997 г., 8 июля 1999 г.)
2 Там же
3 Письмо Госкомимущества РФ от 1 марта 1996 г. № АР-18/1599 "О подготовке документации по передаче объектов федеральной собственности в муниципальную"

1 Игнатовский П. Собственность, ее истоки в настоящем и будущем. //  Экономист. 1999. № 11.
   1 Зяблюк Р. Формы собственности и подъем экономики России. //  Экономист.1995. № 7.

1 Кемпбелл Р. Макконелл, Стенли Л. Брю. Экономикс. Т.1.М.,1992.
1 Кемпбелл Р. Макконелл, Стенли Л. Брю. Экономикс. Т.1.М.,1992.
1 Фишер С., Дорнбуш Р ., Шмалензи Р. Экономика. М.: 1993.
1 Коряков В. Новая модель отношений собственности.// Экономист. 1994. № 3.
1 Зяблюк Р. Формы собственности и подъем экономики России. //  Экономист.1995. № 7.
1 Зяблюк Р. Формы собственности и подъем экономики России. //  Экономист.1995. № 7.
1 Коряков В. Новая модель отношений собственности.// Экономист. 1994. № 3.

2 Губанов С. Эволюция отношений собственности: форма – содержание.// Экономист. 1997. № 2.
1 Еремин А. Теория и практика собственности в современной экономике.// Экономист. 1994. № 10.
2 Губанов С. Эволюция отношений собственности: форма – содержание.// Экономист. 1997. № 2.

министерство образования и науки рф  »
Библиотека »